Женщины, пережившие насилие во время войны, нуждаются в помощи

19 июня мир отмечает Международный день борьбы с сексуальным насилием в условиях конфликта. В Украине эта тема до сих пор остается табуированной, даже несмотря на годы полномасштабной войны и раскрытые преступления в Буче. Говорить об этом трудно, но молчание — самая высокая цена, которую может заплатить человек, переживший этот опыт.

Мы поговорили с Викторией Гупаловской — травматерапевтом с более чем 20-летним опытом, ученым в области психологии сексуальности и автором публикаций в международных изданиях. Виктория является психологом проекта GIDNA фонда Future for Ukraine, который оказывает бесплатную психологическую помощь женщинам, пережившим сексуальное насилие во время войны. Она объяснила, что на самом деле скрывается за аббревиатурой СНПК: почему пострадавшие молчат годами и почему обратиться за помощью никогда не поздно.

Что такое СНПК и его последствия

Сексуальное насилие, связанное с конфликтом, или СНПК — международный термин, которым обозначают преступления сексуального характера, совершенные во время активной фазы вооруженных конфликтов. Большинство людей сужают это понятие до изнасилования. На самом деле к понятию СНПК относятся также раздевание, досмотры половых органов, прикосновения, словесные оскорбления сексуального характера — любые насильственные действия, направленные на унижение и психологический лом человека. Жертвами СНПК становятся женщины и мужчины, дети и пожилые люди. Это оружие деморализации, а не просто преступление против тела.

"Это делается с целью психологического давления, чтобы сломить дух. Если женщина или мужчина пережили СНПК — они будут испытывать отвращение к собственной сексуальности, в результате чего пострадают отношения в семье. А это влечет за собой нарушение репродуктивного поведения, разрушение семейных связей", — объясняет Виктория Гупаловская.

В 99% случаев пострадавшие от СНПК считают себя виновными в том, что с ними произошло

В патриархальной среде окружающие, если и не обвиняют женщину, то, по крайней мере, ставят под сомнение её поведение: "А не спровоцировала ли ты сама?", "Почему шла в короткой юбке?", "Зачем садилась в машину?". Это явление описано в научной литературе как виктимблейминг — перекладывание вины на пострадавшую. Его практикуют не только посторонние, но и близкие люди. Со временем женщина начинает делать это сама с собой: прокручивает мысли о том, что если бы не пошла, не ответила, не встретилась — ничего бы не случилось.

"Чувство вины есть почти у всех пострадавших от СНПК, даже если они не признаются в этом", — отмечает психотерапевт.

Последствия замалчивания преступлений СНПК мы можем видеть после войны на Балканах, когда женщины молчали десятилетиями. Ведь это позор для семьи, за что мужчины даже могли лишить жизни своих женщин. Некоторые пострадавшие начинают обращаться только сейчас, ведь последствия такой травматизации никуда не исчезают — они капсулируются, давят изнутри и рано или поздно вырываются наружу.

Что происходит с человеком без помощи

Сексуальное насилие — глубокая травма. Она затрагивает не только тело, но и ощущение собственной идентичности, разрушает доверие к людям и влияет на способность строить отношения.

Без профессиональной поддержки последствия могут проявляться не только на ментальном уровне, но и на физическом:

• ПТСР — флэшбеки, навязчивое избегание ситуаций, напоминающих о пережитом, нарушения сна.
• Психосоматика — тошнота, тремор, головная боль, синдром раздражённого кишечника.
• Нарушения пищевого поведения и тревожные расстройства.
• Разрушение партнерских и семейных отношений.
• В тяжелых случаях — суицидальные мысли.

Особенно разрушительное воздействие оказывают систематические издевательства сексуального характера; здесь можно говорить о бесчеловечных пытках, которым подвергаются наши женщины и мужчины в российском плену. Регулярные случаи СНПК вселяют чувство беспомощности, разрушают самооценку и доверие к миру, и даже могут приводить к суицидальным мыслям.

Также Виктория отмечает, что стать свидетелем сексуального насилия не менее травматично для человека, которому требуется профессиональная помощь психолога.

"Когда услышанное или увиденное накладывается на собственное травматическое детство, это становится поводом для развития собственной клинической картины. Человек оказывается как будто снова в своём насилственном опасном мире, где он чувствует себя беспомощным. Тогда могут появляться и флэшбэки, и психосоматические проявления — тремор, который человек не может контролировать, внутреннее чувство беспокойства или так называемая диссоциация, когда человек из-за сильного чувства страха как будто забивается в угол и сидит там некоторое время, пока это состояние не пройдет".

Как проходит работа с психологом

Страх перед терапией часто превосходит эмоциональную боль. Человек боится, что придется сразу рассказывать все, но так не происходит.

В рамках проекта GIDNA Виктория Гупаловская работает с женщинами онлайн. По её словам, женщины приходят на терапию в очень разном состоянии. Одни держатся и способны говорить сразу. Другие на первой сессии не включают камеру — просто сидят в темноте, потому что не знают, как на них отреагируют. Именно поэтому работа начинается не с травмы, а с безопасности: психолог выясняет, что поддерживает человека, что могло бы помочь ему выстоять в самые тяжелые моменты.

"Мы спрашиваем о том, что помогло выжить, несмотря ни на что? У кого-то это воспоминание о дедушке. Кошка, которая каждый день напоминает, что жизнь продолжается, или даже маленькие проявления добра — приветливая соседка, подруга, которая не осуждает. Эти крупицы помогают вернуть веру в людей", — рассказывает Виктория Гупаловская.

Людям очень трудно рассказывать о пережитом насилии в начале терапии, иногда на это уходят месяцы.

"Когда ты сможешь об этом рассказать — ты уже почти выздоровела", — мотивирует психолог своих пациенток.

Виктория рассказывает, что в её практике была женщина с комплексным ПТСР, которая лишь за полтора года терапии смогла полностью рассказать о том, что произошло. Страх перед неизвестностью и недоверие не давали ей раскрыться. Была и девушка, которая боялась выходить из дома после пережитого насилия, потому что однажды потеряла сознание от панической атаки прямо в автобусе. После регулярной работы с психологом она снова начала выходить на улицу, ездить на общественном транспорте и впервые за долгое время поверила, что справляется.

Барьеры, мешающие обратиться за помощью, и как их преодолеть

Помимо стыда и страха осуждения, женщины боятся системы из-за частых случаев виктимблейминга, когда пострадавшую вместо того, чтобы поддержать, убеждают в её собственной вине, а также — из-за мучительной и очень травматичной процедуры следствия. Пока дело дойдет до суда, пострадавшая может бесчисленное количество раз пересказывать свою историю следователям — и каждый раз переживать повторную травматизацию.

Именно поэтому большинство женщин и мужчин, переживших сексуальное насилие, не обращаются ни в прокуратуру, ни к психологам, чтобы снова не пришлось вспоминать пережитое.

Однако есть решение, которое устраняет большинство этих барьеров: анонимная онлайн-помощь психолога (из другой общины), без чувства стыда и необходимости оправдываться и объясняться.

Именно так работает проект GIDNA — бесплатная психологическая помощь женщинам, пережившим СНПК. За время работы проекта более 140 женщин получили поддержку в этом направлении. В среднем каждая из них прошла 20 индивидуальных сессий с психологом и имеет доступ к ежемесячным групповым терапевтическим встречам — бесплатно и конфиденциально.

Обратиться за помощью — не слабость, а необходимость

"Когда человек пытается избегать воспоминаний о пережитом, это постепенно разрушает его привычную жизнь: пропадает сон, меняется поведение, становится все труднее справляться с самыми простыми вещами — и в конце концов человек теряет способность жить так, как жил раньше",— подчеркивает Виктория Гупаловская.

Такие длительные симптомы могут вызывать широкий спектр других нарушений: тревожные расстройства, нарушения пищевого поведения и даже попытки самоубийства.

Чем раньше человек обращается за помощью, тем легче не дать травме укорениться в его повседневной жизни навсегда.

Если вы или кто-то из ваших близких или знакомых пережил сексуальное насилие во время войны — проект GIDNA предлагает поддержку. Каждая женщина в возрасте от 18 лет может получить бесплатную психологическую помощь онлайн. Анонимно. Профессионально. Для участия в программе необходимо заполнить анкету на сайте или позвонить по номеру +38 (050) 722-89-13.